Мобильная версия
Войти

Рижскому ВВАИУ им. Якова Алксниса - 40 лет в 2007 г.

 ↓ ВНИЗ

12..1617

BUDNIK
Старожил форума
12.01.2015 23:23
Товарищи милые дорогие ничего не понимаю в вашей профессии , но разыскиваю человека...Будник Алексей-служил Жданово Мурманской ...скажите если он служил и работал техник РЭБ мог он оканчивать ваше училиЩе???????7
a.Dontsov1954
Старожил форума
06.04.2016 13:32


2016 ГОД 23 ФЕВРАЛЯ



Время ждать не привыкло, стремится,
Ход истории также вперёд.
Но февраль, он для нас, как родиться,
Возвращает туда, где восход.

Где закончили Алксниса бурсу,
Где служили, не глядя назад.
Где на пенсию вышли и курсу,
От Приемко, по-прежнему рад.

Рад встречаться, где шаг пятилетка,
Слышать снова знакомый мне смех.
Улыбаться, хоть жизнь не конфетка,
Вспоминать, тех, кто умер, не грех.

Грех не помнить, и делать иное,
Что когда-то считали табу.
Отслужили, все там, где такое,
Только видели в страшном бреду.

Не о старом, о, светлом мечтаем,
О семье, о достатке, судьбе.
Двадцать третье мы все отмечаем,
С благодарностью прошлой поре.

Соберёмся, а сколько, не знаю,
Но без Праздника жизни не быть.
За служивых, об этом слагаю,
Тост поднимем, нам жизнь, не забыть.

17.02.2016 – 23.02. 2016 года.
Регляж
Старожил форума
06.04.2016 21:56
to глеб приходько:

для регляж извините Николаевич простите годы спасибо Вам за путевку в жизнь по прежнему служу России

29/03/2014 [23:54:13]

Спасибо. Очень рад. Североморск - моя молодость, так стремился снова туда попасть, но... не судьба. Приятно, что выпускники училища и дипломники живут и служат по всей России, по всему бывшему Союзу и по всему миру. Если бы знали, как приятно получать весточки от сослуживцев через многолетних перерывов.
Регляж
Старожил форума
06.04.2016 22:04
to a.Dontsov1954:

Александр Дмитриевич, спасибо за стихи. У Вас уже много сборников вышло, так что можно и почаще нас радовать Вашим творчеством.
Регляж
Старожил форума
06.04.2016 22:17
Что касается новостей с Эзермалас, Вискалю, Накотнес (ныне Крустабазница). Начали демонтаж двух труб ТЭЦ-1, главной примечательности нашего микрорайона, уже сняли по 1/4 с каждой трубы. Ближе к нам переезжают постепенно главные службы, такие как Управление полиции, Главная налоговая служба, так что мы теперь ни какая-нибудь окраина, все в гости к нам... А там, где самолёт стоял - трактор "Беларусь" стоит и теперь на его фоне фотографируется народ.
Anatoly54
Старожил форума
08.09.2016 17:21
Помнишь, товарищ...-???

МЫ ОФИЦЕРЫ
Донцов Александр, Email: a.dontsov@inbox.lv
добавлено: 17.09.2014
Учились в разных городах, Ходили в школы эс-се-се-ра. Потом, приехали туда, Где Мильда, море, Риги сфера. Припев: Желтеют листья чередой, Уходят годы, безвозвратно. Мы не жалеем, за спиной, Добро и памяти богатство. Пять лет учебного процесса, Пять стажировок и побед. Среди курсантов, офицеров, Среди казарм и лучших лет. Припев: Итог учёбы на погонах, Стецурин, вежливо учил. Петров, нам жизнь, среди полётов, Как мог, доходчиво, вносил. Припев: Проходят стройные ряды, Шеренги тех, кому, спасибо. Кузьмин, Старков, Григорьев, Вы, пример для жизни и мотивы. Припев: Трибуна, звёздами полна, Там Сухочёв и Виноградов. Равненье держим, навсегда, Запомним Эглит, без бравады. Припев: Склонив колени, до земли, Фуражки держим, сердце бьётся. Дробь барабанов, лейтмотив, Прощанье, Знамя, яркость Солнца. Припев: Цветы нам дарят, от души, Мы их относим, всем достойным. Самковой дарим и на Вы, Спасибо ей, все произносим. Припев: Мы благодарны мудрецам, Где Мокроусов, Дмитриев, другие. Они учили, быть, смелее там, Пасуют где, но не такие. Припев: Закончен отпуск, назначенье, Полки, НИИ и корабли. Мы учим всё, везде и дни, Бегут стремительною тенью. Припев: Года проходят, жизнь приносит, Удачи, беды, стук судьбы. Полковник Писарев, нам очень, Ваш опыт нужен, в эти дни. Припев: Бывает надо защищаться, От нападенья глупых сил. И Полуэктов, как характер, Давал нам силы, там, где мы. Припев: Уже и звёзды покрупней, Мы учим лётчиков нюансам. Сорокин, вам, спасибо, добрых дней, За мудрость, знания, их важность. Припев: Всю жизнь сверяем по Приемко, Как делать это или то. Он оселок, Поступков, слов и текстов, он тот, Кто с нами, раньше и потом. Припев: Всех служба жизнью разделила, Есть генералы, доктора. Мы, офицеры, всюду, где служили, И будем ими, долго и всегда. Припев: Желтеют листья чередой, Уходят годы, безвозвратно. Мы не жалеем, за спиной, Добро и памяти богатство...!!!
APKAH
Старожил форума
01.03.2017 21:34
Доброго времени суток! Многие годы по крупицам из различных источников собирал информацию об учебных пособиях Рижского ВВАИУ и их судьбе. В 1993 году училище было расформировано и выведено в РФ. Из авиатехники в РФ перевезено всего 2 или 3 самолёта, остальные летательные аппараты ждала различная судьба. Пока выяснилась история далеко не всех учебных пособий, если вы что-то помните, знаете или у вас имеются фотографии - прошу писать, будем корректировать, исправлять, дополнять.

Ветка с фотографиями и описанием учебных пособий РВВАИУ находится здесь:
http://forums.airforce.ru/matc ...
Регляж
Старожил форума
01.08.2017 08:51
20 июля 2017 года в возрасте 82-х лет скончался п/п-к запаса, преподаватель каф.13, член правления общества военных пенсионеров в Латвии Недведский Юрий Иосифович. Светлая память.
Регляж
Старожил форума
02.08.2017 21:16
Пособия пока существуют. В ближайшее время постараюсь часть внести в каталог.
Регляж
Старожил форума
02.08.2017 21:41
Типа такое пособие:
Карапетян Р.М., Гордюшин В.П. - Системы управления летательных аппаратов. Руководство к лабораторным занятиям. Часть 2. Рига, ВВАИУ им. Я. Алксниса, 1979 г.
YPC-riga
Старожил форума
03.08.2017 16:17
Авиaпраздник аэродрома Адажи


В субботу, 5 августа, с 12-00 до 18-00 на аэродроме Адажи
состоится праздник, включающий в себя показы самолетов,
вертолетов, дельтапланов, беспилотников на земле.

Будет представлена техника из соседней воинской части – танк
«Абрамс» и бронетранспортер.
Пройдут соревнования на точность приземления и другие. В
программе показ фигур высшего пилотажа, в том числе будет
участвовать группа на реактивных самолетах «Балтийские пчелы».

В силу ограниченности автостоянок и площадей, приглашаются
в основном работники и ветераны авиации и члены их семей – дети,
внуки.
По этой же причине предлагаем запастись пледами для отдыха на
траве, раскладными креслами, бутербродами и напитками.

ВНИМАНИЕ! АЛКОГОЛЬ, В ТОМ ЧИСЛЕ И ПИВО – ИСКЛЮЧАЮТСЯ –
ПОСКОЛЬКУ БУДЕТ МНОГО ДЕТЕЙ.

Праздник носит частный характер и организуется силами и
средствами членов аэроклуба «Адажи» и группы «Балтийские
пчелы».

Вход бесплатный.

Справки по тел. 27600710

Как проехать на машине?

1. С дороги A1 поверните налево на дорогу P1
2. Через 77 метров поверните налево на Ataru ceļš
3. Двигайтесь прямо 2, 9 километра
4. Поверните направо на улицу Laveru iela
5. Двигайтесь прямо 2, 6 километра
6. Аэродром будет с правой стороны.

https://www.google.ru/maps/@57 ...

http://www.airfield-adazi.lv/b ...

http://www.airfield-adazi.lv/G ...

http://www.balticbees.com/

http://ypc.lv/pages/?cat=album ...

Заранее извиняюсь перед администрацией форума за ссылки на другие сайты - учтите наши особые условия и то, что иного пути оповестить причастных людей у нас просто нет всё делает один человек и их телефонов у него просто нет.
Регляж
Старожил форума
03.08.2017 23:29
YPC-riga
Старожил форума
ответить
Авиaпраздник аэродрома Адажи

Спасибо за информацию.
Регляж
Старожил форума
03.08.2017 23:38
Пособие:
Виноградов Р.И. Конструкция Летательных аппаратов. Часть II. Конструкция и работа шасси. РВВАИУ им. Якова Алксниса: - Рига, 1971, 80 с.
Регляж
Старожил форума
05.08.2017 22:16
Пособие:
Мокрушин Л.В., Меркушев В.В. Следящие гидравлические приводы систем управления летательных аппаратов. Рига, РВВАИУ им. Я. Алксниса, 1973 г., 66 с.
APKAH
Старожил форума
09.08.2017 21:58
Регляж
Пособия пока существуют. В ближайшее время постараюсь часть внести в каталог.
Леонид, под учебными пособиями я имел ввиду авиатехнику РВВАИУ :) В идеале выяснить историю каждого училищного ЛА. Особенно сложно прояснить историю авиатехники с приангарной площадки возле Кишозера:
http://forums.airforce.ru/matc ...
Регляж
Старожил форума
10.08.2017 16:35
to APKAH:
К сожалению, самый информированный в этом отношении человек, Недведский Ю.И., ушел в мир иной (см. ранее). Но могу сказать, что Су-24 из приангарной стоянки, это та машина, что капотнула в Черняховске. Её прибуксировали своим ходом из Черняховска.
Регляж
Старожил форума
10.09.2017 11:24
Что-то ветка барахлит, так и остаётся на 4-й странице.
APKAH
Старожил форума
21.09.2017 13:04
Регляж, по Су-24М понятно...вот его сохранившаяся кабина:

Су-24М №?? 0515318, апрель 2010 г., был на приангарной площадке (из Черняховска, с отломанными стойками - приварены наглухо к корпусу). Кстати возможно есть информация когда приблизительно данный борт потерпел аварию в Черняховске?
Это борт 4 гв. бап или из другого полка? Мог ли он иметь бортовой №48?
https://fotki.yandex.ru/next/u ...

ниже фонарь Су-24 в музее (з/н неизвестен):
https://fotki.yandex.ru/next/u ...

Су-24 №?? 0915306, вероятно с учебного аэродрома в Скулте:
https://img-fotki.yandex.ru/ge ...
https://img-fotki.yandex.ru/ge ...
https://img-fotki.yandex.ru/ge ...

Может всё же в РВВАИУ было три Су-24, или всё же четыре? Пока известны один Су-24М на кишозерской приангарной площадке с отломанными стойками, там же препарированный Су-24 в ангаре и Су-24 в Скулте...
APKAH
Старожил форума
21.09.2017 13:12
Кстати ещё две фотографии авиатехники РВВАИУ с площадок в Скулте и Кишозере: может кто чего вспомнит? Или кому-либо известно в какое время сделаны обе фотографии:
https://fotki.yandex.ru/next/u ...
https://fotki.yandex.ru/next/u ...
Регляж
Старожил форума
04.10.2017 22:00
to APKAH
Кстати ещё две фотографии авиатехники РВВАИУ с площадок в Скулте и Кишозере: может кто чего вспомнит? Или кому-либо известно в какое время сделаны обе фотографии:
https://fotki.yandex.ru/next/u ...
https://fotki.yandex.ru/next/u ...

Первая фотография это не с площадки, а с учебного аэродрома училища и сделана она, ориентировочно, в период 1976-78 гг.
Регляж
Старожил форума
29.09.2019 16:38
Люди на бетонке. Генерал Виноградов
Леонид Хандурин
Глава 1. Неизвестный мне автор.

Ещё в школе, мечтая об авиации, я читал всё подряд: о лётчиках, о самолётах, об истории авиации, о пути человечества к покорению высот. Когда поступил в Харьковское военное авиационно-техническое училище (ХВАТУ) и мечта стала ближе — понял, что мой путь в авиацию будет не только тернистым, но и сопряжённым с большим трудом. Трудиться надо было над учебниками, трудиться надо было на технике и это всё без отрыва от выполнения воинских уставов и авиационных наставлений по специальности. Но мне хотелось больше знать об авиации, её истории, её настоящее и будущее.

Чтобы заглянуть в это будущее, я покупал достаточно много литературы об авиации, читал газеты («Советская авиация», «Красная звезда») и журналы («Крылья Родины», «Авиация и космонавтика», «Крылья Родины» и др.). И вот в 1961 году в училищном книжном киоске я увидел книгу «Самолёты СССР» авторов Р.И.Виноградова и А.В.Минаева. И ходя я несколько лет до этого работал библиотекарем-каталогизатором и хорошо знал УДК, но книг этих авторов я раньше не встречал. Но поскольку я был одним из немногих, кто покупал регулярно книги на авиационную тематику, то девочки мне обычно оставляли что-то интересное, если это было в ограниченных экземплярах. Так было и с этой книгой. Я очень обрадовался и первые недели с интересом рассматривал иллюстрации, читал об истории создания самолётов и восхищался авторами, что они так много знают об авиации. По сравнению с ними я чувствовал себя новичком в авиации и было такое чувство, что мне долго ещё идти до этих знаний о современной авиации, хотя я уже и учился на втором курсе, а практические работы мы выполняли на настоящих самолётах: МиГ-15, МиГ-15 УТИ, МиГ-17, МиГ-19, МиГ-21, Су-7, Як-25, Ил-28 и других.

Но мне было интересно читать и о самолётах, на которых воевали во время Великой Отечественной войны, и о самолётах которые летали в Гражданской авиации и в системе ДОСААФ. Да и о первых полётах самолетов примитивной конструкции тоже интересно было узнать. Мы же в это время на занятиях уже изучали вертолёты, о которых в книге было очень мало сведений.

Постепенно я погружался не только в историю авиации, но и имел дело с настоящими самолётами и вертолётами и даже уже запускал сам авиадвигатели. Правда, под руководством инструктора. Затем была войсковая стажировка, где я уже летал в составе экипажа в качестве бортового техника-стажёра. Это уже было воплощение моей мечты.

После окончания училища меня направили в авиационный полк для прохождения дальнейшей службы и там я уже начал работать на настоящей авиационной технике. В полку были самолёты самых разных типов и вертолёты Ми-1 и Ми-4. Меня назначили начальником группы обслуживания по вертолёту и двигателю в авиаэскадрилью, где было 20 вертолётов, 15 единиц Ми-4 и пять единиц Ми-1. Это уже было хозяйство. Вместе со всем необходимым, в полк я захватил с собой и книгу «Самолёты СССР» авторов Р.И.Виноградова и А.В.Минаева. А поскольку в полку были самолёты разных типов, да ещё к нам прилетали с других частей, то я часто обращался к книге Виноградова и Минаева, чтобы поподробнее о них узнать. В полку освоил все виды работ на вертолётах: замены двигателей, их регулировки, замены комплектов лопастей и регулировку соконусности. Соконусность, это чтобы все лопасти вращались одинаково и ни одна лопасть не выбивалась из конуса. Если это происходит, то конус размывается, а вертолёт начинает трясти и ручку управления начинает «водить».

Глава 2. Встреча с автором.

Через три года я уже исполнял обязанности инженера эскадрильи и готовился поступать в высшее военное учебное заведение, а в 1967 году поступил в Рижское высшее военное авиационное инженерное училище (РВВАИУ) имени Якова Алксниса. Приехал в Ригу 26 августа 1967 года и с этого дня началась ещё одна часть моей биографии. И когда учился уже на втором курсе, впервые услышал фамилию подполковника Виноградова. Я не верил, что мне так повезло, что это именно «тот» Виноградов, книгу которого я всю свою службу возил с собой, как справочное пособие по истории авиации. Но оказалось, что это именно тот Виноградов Ростислав Иванович, соавтор книги «Самолёты СССР», один из авторов мною обожаемой книги.

Подполковник Виноградов Р.И. назначен был в наше училище на должность начальника кафедры «Конструкция и прочность летательных аппаратов». К нам он перевёлся из соседнего училища ракетчиков имени маршала Бирюзова. Там он читал курс конструкции и прочности ракет. Он не так давно защитил докторскую диссертацию и начальник факультета подполковник Писарев Виктор Николаевич ходатайствовал перед начальником училища, чтобы такой ценный и опытный специалист-авиатор возглавил одну из ведущих кафедр факультета.

Шёл 1968 год, занятия ещё по курсу конструкции летательный аппаратов не начинались, но подполковник Виноградов Р.И. уже организовал слушательское конструкторское бюро (СКБ) и провёл научно-техническую конференцию на базе своей кафедры. Конференция проходила с докладами и сообщениями на 3-х секциях: а) самолётная секция, руководил сам Ростислав Иванович; б) вертолётная секция, руководитель майор Кизима Юрий Иванович и в) секция по истории авиации, руководил один из преподавателей кафедры. Конечно, я не мог не участвовать в этом СКБ и выступал с докладом в вертолётной секции по вопросам особенности конструкции и эксплуатации вертолётов одновинтовой схемы с хвостовым винтом. Юрий Иванович оценил мой доклад, как хороший. После этой первой конференции, научно-технические конференции под руководством уже теперь полковника Виноградова, проходили ежегодно и на училищном уровне, а затем и на межучилищном уровне, а материалы докладов рецензировались преподавателями других училищ и публиковались в училищных сборниках.

С 1969 года теперь уже полковник Виноградов Р. И. Начал читать курс «Конструкция и прочность летательных аппаратов» в нашем потоке. Слушать его было интересно, так как он иногда рассказывал интересные случаи из авиации и особенности конструкции самолётов, о которых мы и не догадывались. А поскольку он свою службу после Академии Жуковского начинал военным представителем на одном из авиационных заводов в Москве, то таких интересных рассказов у него было множество. К нам на занятия часто приходили журналисты и фотокорреспонденты или кинооператоры, которые снимали лекции и практические занятия, которые проводил Ростислав Иванович. Как-то в кабинете полковника Виноградова я увидел картину, на которой был изображён В.И.Ленин на Красной площади в окружении группы военных и все они смотрели в небо, где был виден маленький самолётик. И кто-то из офицеров кафедры тогда сказал, что этот самолёт пилотировал отец Ростислава Ивановича.

В этот период кафедра готовила учебные пособия и я тоже, как участник СКБ, работал над лабораторной установкой по имитации колебаний типа «шимми» переднего шасси самолёта. Мы для выполнения этой лабораторной работы выезжали в Рижский институт гражданской авиации (РКИИГА), но полковник Виноградов поставил задачу учебной лаборатории, чтобы такая установка была на кафедре, так как на поездку уходило много учебного времени. Через два месяца офицеры кафедры с помощью слушателей изготовили и запустили эту лабораторную установку.

Глава 3. Один на один с доктором наук

Заканчивался второй семестр третьего курса. Мы сдавали пять экзаменов, в том числе по курсу «Конструкция ЛА» и «Конструкция авиадвигателей». Экзамены по «Теория механизмов и детали машин» и «Аэродинамика ЛА» я сдал досрочно, а экзамен по курсу «Политэкономия» мне поставили оценку «по накоплению», по всем темам я отчитался рефератами, которые были оценены на «отлично». И как-то так получилось, что при досрочной сдаче в экзаменационной ведомости оценки были выставлены, а в зачётке оценок не было, так как их при досрочной сдаче должны были выставлять начальники кафедр, а я не стал их дожидаться, такая вот расхлябанность, думал, что при удобном случае забегу на кафедру и мне поставят оценку в зачётку.

И вот иду я на экзамен по курсу «Конструкция и прочность ЛА». Это первый мой экзамен в составе учебной группы и четвёртый по счёту. Зачётка у меня чистая, хотя за экзамены у меня две четвёрки и отлично по политэкономии. Захожу, беру билет, иду готовиться. Принимают полковник Виноградов Р. И., уже доктор технических наук, профессор и майор Кизима Юрий Иванович. В билетах вопрос первый — о силовом наборе фюзеляжа, вопрос второй — типы шасси, их особенности работы, вопрос третий — механизация крыла. Минут через тридцать подготовился, исписал и изрисовал схемами два листа и решаю, к кому идти отвечать, если получится выбирать. Наблюдаю, отвечает Володя Заграй, командир учебной группы. Прислушиваюсь, Володя делает массу ошибок, но Ростислав Иванович ни разу его не поправил. Это меня удивляет, но не настораживает. Делаю вывод, что полковнику Виноградову отвечать легко, хотя мне удобнее было бы отвечать Юрию Ивановичу Кизиме, он мой руководитель секции и с ним я чувствую себя увереннее. Но тут Володя Заграй получает оценку «хорошо» и я принимаю решение идти отвечать к начальнику кафедры полковнику Виноградову, фактически, вне своей очереди, так как очередь идти Валеры Сенченко, но он почему-то медлит. И через минуту я уже сижу за столом перед полковником Виноградовым.

Начинаю отвечать. На первый вопрос билета ответ проходит без дополнительных вопросов. На втором вопросе несколько запнулся на преимуществах и недостатках велосипедного шасси, но после двух дополнительных вопросов всё выяснилось и ответ тоже был защитан. Третий вопрос, механизация крыла, мне казалось никаких неожиданностей принести не должен. Я начал перечислять все элементы механизации, рассказывать принцип их работы, разбирать нарисованные схемы и уже заканчивал отвечать, когда у меня вырвалась фраза:

— А вот на вертолётной лопасти, когда отгибаешь вниз триммерную пластину, носок лопасти идёт вниз и вся лопасть идёт вниз.

И после этой фразы, полковник как бы очнулся, до этого он слушал «в пол-уха», резко повернулся в мою сторону и попросил повторить, фразу, которую я произнёс. Я повторил, но поняв, что сказал что-то не то или не так, начал пояснять, что при регулировке соконусности, при отгибании триммерной пластины вниз, лопасть оказывается в несущем конусе ниже, чем была до отгиба триммерной пластины. Именно так устраняется несоконусность несущего винта.

Что произошло после этого, я даже через некоторое время не мог вспомнить и понять. Полковник Виноградов засыпал меня вопросами по различным средствам механизации: закрылкам, интерцепторам, предкрылкам, двух щелевым предкрылкам, плавающим предкрылкам, отклоняемым носкам и т. д. Но самое удивительное, что о триммерных пластинах лопасти несущего винта вертолёта, о которой я сдуру упомянул, речи вообще не шло, но именно всё началось с этого. А я ещё усугубил положение, начав доказывать доктору наук, что я сам лично регулировал и отбивал соконусность в полку. С моей стороны это была величайшая глупость, которую я осознал значительно позже. А сейчас, во время экзамена, педагог был возмущён «незнанием элементарного» из того, что мне давалось на лекциях, за что я не заслуживаю большего, чем «неудовлетворительно», после чего мне вручили пустую зачётку и я оказался первым двоечником в нашей группе, на курсе и по этой дисциплине в училище.

После того, как я вышел из аудитории, вслед за мной вышел Юрий Иванович Кизима и начал расспрашивать, в чём дело. Я сбивчиво, сам ничего не понимая, рассказал, как всё получилось, но никто так ничего и не понял. А я пошёл «переживать» мою первую двойку за шесть семестров в училище, тем более, что впереди был ещё один трудный экзамен.

Глава 4. Вторая часть «Марлезонского балета»

Но на этом мои приключения не закончились. Правда, серьёзность ситуации до меня не дошла, так как я и после этого не пошёл и не попросил на кафедрах, где я сдал уже экзамены, поставить мне оценки в зачётке. Зачётка так и осталась у меня пустая. Просто, я был расстроен и не подумал о последствиях. И, как оказалось, напрасно.

Через четыре дня я пришёл с учебной группой на следующий экзамен по курсу «Конструкция авиационных двигателей». Чем-то особенным этот экзамен мне не казался и от других не отличался. Как только услышал свою фамилию, зашёл в аудиторию, доложил и после слов преподавателя майора Кардаша Семёна Тимофеевича:

— Берите билет, — взял билет и к нему задачу. Билет номер десять. В нём три вопроса.

Первый вопрос — расчёт лопатки компрессора, вопрос второй — особенности конструкции кольцевой камеры сгорания и третий вопрос — существующие типы реактивных сопел. После ознакомления с вопросами приступил к подготовке. Задачу решил сразу, она была не очень трудная. Третий вопрос тоже показался знакомым. На втором вопросе немного задержался, но нарисовав схему камеры сгорания, сразу же вспомнил основные преимущества и недостатки кольцевых камер сгорания. Приступил к подготовке на первый вопрос. Сам расчёт довольно громоздкий и необходимо было вспомнить основные формулы и связанные с ними расчёты параметров. Но минут через двадцать постепенно всё сложилось и кажется логическая схема ответа была построена.

Ожидаю своей очереди отвечать. Просчитываю, что попадаю отвечать молодому преподавателю капитану Черных Валерию Ивановичу. С одной стороны он вёл у нас в группе практические занятия, с другой — уж очень он придирается к мелочам. В этот момент майор Кардаш подходит к столу с зачётками и просматривает зачётки. И вдруг называет мою фамилию. Я встаю и он приглашает меня к своему столу. Всё, теперь не надо гадать к кому попаду отвечать. Подхожу, докладываю.

Майор Кардаш берёт мои исписанные листы, проверяет, что там изображено, задаёт несколько уточняющих вопросов, а затем говорит:

— А теперь — отвечайте.

Я, как мне показалось, даже споткнулся, стоя на месте, так для меня это было неожиданно. Там же на листах всё написано и чётким почерком, всё на схемах и в формулах. Поэтому, я растерялся, начал что-то бормотать, но затем взял себя в руки и начал пересказывать всё то, что было написано на листках. Ответил на первый вопрос — никакой реакции со стороны преподавателя. Ответил на второй вопрос — тоже молчание. После ответа на третий вопрос я совершенно успокоился, так как дополнительных вопросов не было, да и какие вопросы, всё ведь изложено на листках.

На задачу преподаватель только взглянул, взял мои листочки с ответами, молча отложил в сторону и сказал:

А теперь пойдёмте к деталям двигателя, — и после этого я не почувствовал никакого подвоха и молча пошёл вслед за преподавателям к агрегатам двигателя, схемам и плакатам.
И вот здесь всё и началось. Дополнительные вопросы. Вопрос за вопросов. После каждого моего ответа майор коротко говорил:

— Нет, — и задавал следующий вопрос. Очень громко снова говорил:

— Нет! — и снова задавал следующий вопрос. Так, кажется было 14 или 16 вопросов, я уже отвечал из последних сил, был измотан и перестал считать вопросы, только слышал:

— Нет! Нет! Нет!.

В это время майор Кардаш стоял спиной к открытой двери в аудиторию (было жарко), я отвечал, стоя напротив двери, а рядом стоял начальник курса и всё уговаривал:

— Хандурин, подумай, не спеши, не допускай ошибок, — он, не зная предмета, думал, что я всё отвечаю не правильно и плохо. А я не понимал, что происходит. Да, возможно и были какие-то неточности, но чтобы так плохо, я не понимал, почему так меня оценивают.

И, когда я уже хотел "психануть" и бросить всё, пускай понимают это, как знают, в проёме открытой двери я увидел начальника кафедры полковника Дешко. Он из глубины коридора стоял и слушал, как я отвечал. И именно это меня остановило от опрометчивого моего дурного предполагаемого поступка. Я скрепя зубы проодолжал бороться уже и против преподавателя и против причитавшего рядом со мной начальника курса, он переживал, ведь ему тоже на курсе лишняя двойка не была нужна.

Но силы были не равные и я получил свою вторую двойку и совершенно пустую зачётную книжку. И только получая из рук майора Кардаша зачётку, открытую не на титульной странице, а на пустой странице, без единой оценки, я понял, как он назначил меня своей жертвой и почему именно так был смоделирован мой ответ на билет. Он меня вычислил, как потенциальную жертву по совершенно пустой зачётке. И он начал меня добивать. И мой поезд уже ушёл.

Глава 5. Чудо ниоткуда

С опущенной головой я вышел из аудитории и побрёл по коридору к выходу из учебного корпуса. И вдруг меня окликают по фамилии. Оборачиваюсь — полковник Дешко, начальник кафедры:

— Так что там у Вас? — спрашивает полковник, беря у меня зачётную книжку.

— О-о-о! Да у Вас тут совсем пусто.

— Товарищ полковник! У меня три экзамена уже сданы досрочно, а неуды только по самолёту и двигателю, только я не успел оценки на кафедрах проставить.

— Вот что, Хандурин, завтра чтобы все оценки в зачётке стояли, а через два дня придёте пересдавать по нашему курсу. Принимать буду я. Успеете?

— Так точно! Успею! Я готов! — я просто ошарашен был таким решением начальника кафедры.

— Не радуйтесь особенно, готовтесь, будем принимать очень строго. Идите.

И я, уже радостный, побежал. Что случилось, почему начальник кафедры принял такое решение, я так никогда и не узнал, а в тот момент мне вообще было не до этого. Я радовался, как ребёнок.

Появилось какое-то чувство, что моя «чёрная полоса» закончилась. Я в этот же день побежал по кафедрам, чтобы мне выставили уже полученные мной оценки при досрочной сдаче. Все на факультете уже знали, что я получил два «неуда» на одной сессии и удивлялись, как это ухитриться досрочно сдать три довольно трудных экзамена и завалить два таких простых экзамена. Но щадя моё самолюбие, на других кафедрах особо мне не пеняли, да и с их точки зрения я был молодец, так как их предметы сдавал досрочно.

Следующие два дня я всё-таки готовился к пересдаче экзамена по «Конструкции авиационных двигателей», в то время как моя группа готовилась и сдавала те экзамены, которые я уже сдал. Правда, за это время меня вызывал на беседу начальник факультета, подполковник Писарев Виктор Николаевич и начальник курса подполковник Зузенко Михаил Леонтьевич. Что удивительно, начальник факультета особенно меня не ругал, но настоятельно рекомендовал мне один из неудов ликвидировать в ближайшие дни. Так и сказал:

— Делай, что хочешь, уговаривай педагога, но до командировки одной двойки не должно быть.

Он ещё не знал, что по одному неуду я уже «договорился», но почему-то Писареву об этом не сказал, как-то не получилось. Что касается начальника курса, то он с меня спросил более строго, в конце разноса, сказав:

— Я с вами ещё разберусь!

Через два дня я пришёл на кафедру конструкции авиадвигателей, чтобы пересдать экзамен. На кафедре из преподавателей были начальник кафедры полковник Дешко и капитан Черных, им я и должен был пересдавать экзамен.

Пришли в аудиторию. Валерий Иванович Черных стал раскладывать билеты и спрашивает начальника кафедры:

— Ему десяти билетов хватит?

— Разложи все, — отвечает начальник кафедры.

Капитан Черных билетов пятнадцать разложил веером, а остальные — положил рядом в стопочку. После этого экзаменаторы сели за стол и сказали мне:

— Берите билет.

Я подошёл к столу, сначала хотел взять билет из тех, что были разложены веером, но затем передумал и взял билет со средины тех, что были сложены в стопку. Взял билет и чуть его не уронил, даже руки задрожали и я не своим голосом выдавил из себя, запинаясь:

— Билет... номер десять.

Полковник Дешко очевидно заметил моё состояние и спросил:

— Что-то не так?

И я быстро-быстро ответил:

— Никак нет, товарищ полковник. Просто это тот самый билет, что был и прошлый раз, билет номер десять.

Начальник кафедры повернулся к капитану Черных и сказал:

— Ну что, Валерий Иванович? Думаю, не будем менять ему билет, он точно эти вопросы билета при подготовке не повторял, надеясь, что десятый билет ему уже не попадётся. Посмотрим, что он знает из этого билета с тех пор.

Я, не поняв сначала того смысла, что было сказано, сразу ответил:

— Товарищ полковник, я могу отвечать без подготовки.

На что полковник Дешко ответил:

— Нет уж, хватит экспериментов. Готовьтесь и тогда будете отвечать.

Не буду повторять мой ответ, но после его окончания, полковник Дешко сказал:

— Вы понимаете, что отлично мы вам поставить не можем, так как у Вас это повторная попытка, а оценку «хорошо» Вы заслужили — и поставил оценку мне в зачётку.

На этом моя чёрная полоса закончилась, так как пересдачу неуда по курсу «Конструкция и прочность ЛА» мне кафедра запланировала после командировки на заводскую практику, через месяц.

После командировки я пересдал экзамен уже Юрию Ивановичу Кизиме и на этом к плохим оценкам в процессе учёбы больше не возвращался. И сделал для себя два вывода. Первый — лишнего на экзамене при ответах не говорить. Второй — не надо пытаться спорить о чём-то с доктором технических наук по любым вопросам.


Глава 6. Новая встреча с профессором Виноградовым Р.И.

Уже четвёртый курс. Надо было получить зачёт по «Системам управления ЛА». Когда я пришёл на кафедру то оказалось, что ведущего преподавателя ещё не было. Я зашёл в класс и стал ждать. В это время в класс зашёл начальник кафедры полковник Виноградов и спросил, что я здесь делаю. Я ответил, что ожидаю преподавателя, чтобы сдать зачёт. Он сказал:

— Идите за мной, я приму у вас зачёт.

Мы пришли в другой класс, он пролистал мою курсовую работу «Особенности компоновки самолёта вертикального взлёта и посадки» и спросил:

— Где брали материалы для расчётов планера, системы управления и шасси?

Я ответил, что заказал несколько статей в ВИНИТИ* из иностранных журналов и частично перевёл их. Профессора это заинтересовало, он перестал опрашивать меня по теории и беседа перешла в область об особенностях управления самолётом посредством газовых рулей и особенности конструкции этих рулей. После пятнадцатиминутной беседы, профессор поставил мне «зачёт» в зачётку и оценку «отлично» мою курсовую работу. Сказать, что я вышел довольным из аудитории, значит ничего не сказать.

И какое же моё было удивление, когда через день меня начали встречать слушатели нашего курса из других учебных групп и рассказывать мне, что при сдаче зачёта полковник Виноградов демонстрировал им мою курсовую работу и говорил, что вот за такое исполнение и соответствующую защиту этой работы он ставит «зачёт», отправив некоторых дорабатывать курсовую работу. Многие ребята даже мне попеняли на то, что я слишком хорошо выполнил своё учебное задание, говоря: о — о Ну, что, ты, попроще не мог выполнить курсовик?! А если хотел отличиться, то надо было сдавать зачёт в числе последних, тогда и у нас проблем не было бы.

И что мне оставалось отвечать им? Я просто отмалчивался или огрызался, в зависимости от того, каким тоном ко мне обращались. Вот когда мне полковник Виноградов поставил «неуд», то этих советчиков я среди сочувствующих не видел, а вот, когда самим «припекло», то сразу с претензиями. С такими «друзьями» мне было не по пути.

Но на этом дело с моей курсовой работой не закончилось. Уже через несколько лет я узнал случайно, что эта курсовая работа находится по прежнему на кафедре, как образцовая, хотя профессор Виноградов ушёл на повышение, заместителем начальника училища по науке и учебной работе. На кафедре никто из преподавателей не рискнул заменить эту работу из образцового фонда. Тогда я сам попросил руководителя методической группы отдать мне эту работу, так как сам уже считал, что материал уже, как образцовый устарел. Моя работа базировалась на прототипе английского «Хариера», а в ОКБ А. Яковлева уже летали Як-36, Як-38 и проектировался Як-141.

А кафедра № 13, которой руководил Ростислав Иванович Виноградов бурно развивалась. Когда он возглавил кафедру, то учебной нагрузки у педагогов кафедры ещё не было, первый набор офицеров-слушателей только осваивал общеобразовательные дисциплины, а из учебных пособий были только устаревшие типы самолётов, несколько Ил-28 и МиГ-19, на которых курсанты обучавшиеся по программе среднего училища изучали электро и радиооборудование. Вся эта техника была сосредоточена на берегу озера Киш, на приангарной стоянке, которая ещё осталась от аэродрома, который здесь бал с начала ХХ века.

Учебные классы кафедры № 13 были в ангаре того же возраста, который требовал срочного ремонта, да и саму приангарную площадку кафедра № 13 делила с кафедрой № 11 «Эксплуатация летательных аппаратов», для которой площадка служила учебным аэродромом. Вот в этих условиях полковник Виноградов формировал кафедру с нуля. В ангаре появились несколько препарированных макетов современных самолётов конструкции КБ Микояна и Сухого, а в учебных классах — стенды систем этих же машин.

Кадры начальник кафедры подбирал тоже своеобразно. Кроме специалистов, которые способны обеспечивать учебный процесс, эти офицеры должны были уметь и самостоятельно выполнять хотя бы косметический ремонт в ангаре и в классах. Поэтому, в учебную лабораторию подбирались люди инициативные и, как говорится, с «золотыми руками», люди мастеровые. Это дальнейшем им самим пригодилось, когда у них начался карьерный рост и они начали работать над исследовательскими работами и диссертациями, они сами изготавливали для себя испытательные стенды и механизмы.

Через три года кафедру было не узнать, она полностью соответствовала требованиям программы высшей школы и это была гордость полковника Виноградова.


Глава 7. Защита дипломного проекта.

У нас, слушателей-офицеров, занятий по дисциплинам кафедры № 13 больше не было. Мы сдали все зачёты по «Конструкции и прочности летательных аппаратов» и уже дело подходило к диплому. На приангарной площадке бывали редко и когда туда я однажды попал, то был удивлён какой там порядок и как всё изменилось в лучшую сторону.

Повод, который нас привёл на приангарную стоянку (учебный аэродром) тоже заслуживает внимания. Я уже упоминал, что полковник Виноградов по профилю был «самолётчик» и его не особенно интересовали вертолёты, так как их силовые схемы конструкции были классическими, а это для учёного такого уровня не очень интересно. Но на приангарной стоянке находился вертолёт Ми-4, который не могли поделить кафедра № 13 (он был им не нужен) и кафедра № 11 (у них тоже не было специалиста «вертолётчика». Вот он и оказался «бесхозным». В то же время, у нас несколько тем дипломных работ были связаны с эксплуатацией вертолётов. Поэтому, начальник факультета поручил мне и Юре Чистякову ввести вертолёт в строй, запустить двигатель (он не запускался семь лет) и передать специалистам кафедры № 11.

После доклада полковнику Виноградову о том, что нам поручили подготовить вертолёт к передаче на кафедру № 11, он дал распоряжения лаборатории кафедры оказывать нам содействие и, как мы видели, остался доволен действиями начальника факультета.

Чтобы запустить двигатель АШ-82В пришлось повозиться, чтобы не было гидроудара в цилиндрах и не оборвать шатуны на коленвале. По старой памяти, я вывернул свечи зажигания во всех цилиндрах и зашприцевал в цилиндры гидросмесь АМГ-10, чтобы эта смесь смягчила коррозию между поршнем и цилиндром, если такая могла образоваться при стоянке за несколько лет в неработающем двигателе. Этому меня научили в полку опытные техники, которые эксплуатировали такие типы двигателей ещё во время Великой Отечественной войны. В данном случае это была простая предосторожность. Всё это увенчалось успехом. Двигатель несколько раз чихнул, выбросил из выхлопного коллектора длинные шлейфы пламени, перепугав любопытных зевак, собравшихся вокруг вертолёта. Разогнав толпу любопытных, мы попробовали включить несущую систему и раскрутить винты, то как только винты начали вращаться, мы выключили муфту сцепления и двигатель.

В это время подошёл полковник Виноградов, мы доложили, что вертолёт исправен и готов к передаче на кафедру № 11. Он медленно обошёл машину вокруг, как будто первый раз её видел, окликнул начальника учебной лаборатории и приказал ему готовить передачу вертолёта на кафедру эксплуатации. Затем поблагодарил нас с Юрой за работу и отошёл к преподавателям своей кафедры, которые тоже наблюдали этот «цирк», который мы устроили с Юрой Чистяковым.

Вскоре мы получили темы дипломных проектов и началась кропотливая работа по сбору материалов, написанию черновых вариантов, рисованию эскизов и по выполнению множества других работ. Я готовился защищать дипломный проект по теме кафедры «Эксплуатация ЛА». Рядом со мной работали дипломники полковника Виноградова и я часто наблюдал, как он проверяет ход выполнения ими работ. Он давал им какие-то задания, даже кто-то что-то изобретал, оформлял заявку на изобретению, делал какие-то модели. Я завидовал этим ребятам, думая, что руководитель диплома им помогает делать диплом.

У моего руководителя, подполковника Шмелёва В.Г., была несколько другая методика руководства. Владимир Григорьевич приходил ко мне, расспрашивал, что я сделал, как успеваю по графику и что планирую делать на следующей неделе. Выслушивал, делал замечания и одобрительно говорил:

— Хорошо, работайте! — и снова пропадал на неделю, у него в это время были плановые занятия в другом учебном корпусе.

Подполковник Шмелёв всё время напоминал мне:

— Среди членов ГЭК (Государственная экзаменационная комиссия), обязательно будут офицеры из строевых частей и они будут задавать самые каверзные вопросы. Так что вспомни всё, что ты знал в части и особенно, что касается безопасности полётов.

Наступило время защиты дипломов. Первый день прошёл сумбурно, задаваемые вопросы нельзя было систематизировать, даже руководители не могли выделить какое-то одно направление интересов. Но после защиты для комиссии организовали экскурсию по кафедрам училища. Вот здесь всё и выяснилось. Председатель ГЭК, генерал-майор авиации Красусский и члены комиссии всем офицерам постоянного состава задавали вопросы о средствах объективного контроля (СОК) в авиации. И тут все «поплыли», это было самое слабое место в училище. Служба безопасности полётов только зарождалась в частях, а в училище все тонкости её не дошли. Главное, что не было достаточно специалистов, чтобы одновременно проконсультировать всех слушателей, которые выходили на защиту и сами слушатели недооценили серьёзность этой проблемы.

Когда на следующий день в подкомиссиях члены ГЭК начали задавать эти же вопросы на защите и слушатели затруднялись на них ответить, генерал Красусский был вне себя, грозил даже прекратить защиту дипломных проектов, хотя все понимали, что этим он только пугал начальников. Но шороху он наделал много.

Я защищался в предпоследний день и всего этого не знал, не до того было, что-то доделывал, готовил и репетировал доклад для защиты. Тема же моего дипломного проекта была связана именно с средствами объективного контроля вертолётов Ми-6 при автономном базировании эскадрильи вертолётов.

Перед самой защитой в учебную аудиторию прямо ввалились человек 12 из комиссии, да так много, что всем не хватило стульев и пришлось их приносить с соседней аудитории. Мне казалось, что я упаду в обморок от волнения, но держался хорошо, даже не забыл спросить у председателя комиссии генерала Красусского приступить к защите. После того, как он сказал:

— Докладывайте! — я успокоился или «отключился», после защиты я вспомнить этого момента не смог, всё было, как на автомате.

Как потом мне рассказал мой руководитель, доклад мой длился ровно 15 минут, как и положено и в этот момент я остановился на последней фигуре дипломного диста, со словами:

— … Доклад окончен! — а дальше посыпались вопросы.

Сначала два вопроса задал генерал Красусский, затем по одному вопросу задали члены подкомиссии, а после этого — все присутствующие. Когда уже стало видно, что защита переходит в экзекуцию, председатель ГЭК сказал:

— Достаточно! Отлично! — и обращаясь к начальнику факультета Писареву Виктору Николаевичу, добавил непонятную мне фразу:

— Виктор Николаевич, видите, а вы говорите человека не подберёте. Вот вы и подготовили специалиста, я думаю он справится. — О чём шла речь я не понимал, да и не до этого мне в это время было.

Генерал после этих слов встал и направился к выходу. За ним потянулись и остальные присутствующие. В это время мимо меня проходил полковник Виноградов, который взяд меня за плечо и сказал:

— Молодец! Хорошо держался! — и я ему был бесконечно благодарен за поддержку, так как еле держался на ногах от усталости.

На следующий день защита завершилась и на начали официально объявлять места назначения, хотя мы уже предварительно знали их от ребят, которые помогали заполнять документы. У меня было назначение военпредом на саратовский авиационный завод, где в то время было производство Як-40, Як-42 и машин с вертикальным взлётом и посадкой. Но когда я зашёл в кабинет начальника факультета, где заседала мандатная комиссия, то мне сразу последовал вопрос:

— Как вы смотрите на то, что вам предлагается должность начальника учебного аэродрома нашего училища? — и я ничего умнее не придумал ответить, как:

— А я уже контейнер заказал — на что все громко рассмеялись, а полковник Писарев, тоже улыбаясь сказал:

— Вот видите каких мы здесь «специалистов» воспитываем, он ещё от родного училища отказывается — и добавил:

— Вы посоветуйтесь с семьёй и если будут какие-то противопоказания, завтра скажете. — И только теперь до меня дошло, о чём говорил генерал Красусский начальнику факультета на защите.

Дома это предложение было «как снег на голову» и обсуждалось до поздней ночи, а утром я первым делом явился к начальнику факультета и доложил, что я согласен занять эту должность, на что он мне сказал:

— Только учтите, легко не будет. Спрос будет строгий. На вас возлагаются большие надежды.

Но я ещё не знал и не осознавал, какие надежды на меня возлагаются и какие объёмы работ меня ожидают.



Глава 8. Работа на учебном аэродроме.

Дальше, всё как по протоколу: оформление документов, расчёт со всеми видами довольствия, вручение дипломов, выпускной вечер в новом «Молочном ресторане» в Кронвальдском парке и прощания. Прощания с соседями, прощание жён по местам работы, прощание детей со школьными и детсадовскими друзьями и вообще, с Ригой. Кто-то был доволен назначением, а кто-то и высказывал тихое недовольство. У меня было какое-то безразличие. С одной стороны, не надо было никуда ехать, а с другой — вживаться одному совсем в другую обстановку, для меня абсолютно новую по сравнению с той, к которой я привык в полку.

А тут ещё ситуация усугубилась тем, что я приходил не на вакантную должность, а на должность, с которой увольняли офицера на пенсию и в коллективе все считали, что это для меня специально освобождали место, а таких людей в коллективе всегда побаиваются и соответственно к ним относятся.

Я ещё не знал, что именно моему предшественнику по должности Государственная экзаменационная комиссия (ГЭК), а, значит и командование училища, поставили в упрёк, а может даже в вину, тот факт, что техника на учебном аэродроме не соответствует требованиям Наставления по инженерно-авиационной службы (НИАС). И я не догадывался, что все эти недостатки первое время перейдут на меня. И моему предшественнику обещали в кадрах отправить его на пенсию только через год, так как кто-то из руководства училища хотел зарезервировать это место для своего протеже. С этой стороны я тоже нажил себе недоброжелателя со стороны начальства, хотя вообще не знал сначала про эти «подводные камни» своей новой должности и, кто этот недоброжелатель.

И вот с таким новым багажом я пришёл первый первый день на свою новую должность. Представился начальнику кафедры №11, «Эксплуатации ЛА», полковнику Светлову Гаврииле Афанасьевичу, после чего он представил меня личному составу кафедры и начальнику учебного аэродрома, майору Агишеву Марсу Измайловичу. Учебный аэродром хотя и находился теперь за пределами Риги, но по штату входил в состав кафедры № 11.

На следующий де
12..1617





 

 

 

 

← На главную страницу

Чтобы публиковать комментарии, вы должны войти на сайт.

Реклама на сайте Обратная связь/Связаться с администрацией
Рейтинг@Mail.ru