Так вот, Бухтояров тогда произнёс он: "Лепаловский - везучий лётчик!" Это было после просмотра шуточного фильма об имениннике. Чтобы в чине "старлея" иметь у себя дома кадры, где ты за штурвалом, это надо иметь "волосатую руку" в небесной канцелярии, т.к. в те времена за "незарегистрированный фотоаппарат, а уж тем более кинокамеру, которую ты рискнул протащить на борт своего самолёта, можно было запросто слететь с лётной работы.

Именно так у меня произошло с лётчиком Яценко в Быхове. Молодой командир корабля из своей кабины сделал один снимок ТУ-22м2, рулящий мимо, как тут же чьё-то "бдительное око" доложило в Особый отдел, и парня мгновенно сняли с должности, как "германского шпиёна", хотя фото ТУ-22м было уже во всех иностранных журналах об авиации, со всеми ТТД, кстати. Но вернёмся к имениннику.

Если смотреть со стороны, то "уж таким везунчиком у Бога" Сашу Лепаловского назвать никак нельзя. Был командиром полка на ТОФе самолётов ТУ-22м2, ТУ-16. После катастрофы экипажа капитана Шиколая на о. Сахалин Сашу сняли с должности. Он был руководителем полётов, дал снижение экипажу Ту-16 до высоты 700 метров. Экипаж, "размазав" коробочку, на 15 км шире положенной, врезался в сопку высотой 704 метра. РЛС на полевом аэродроме работали из рук вон плохо, РП не смог подстраховать и исправить ошибку экипажа.

Лепаловского с понижением отправили служить в смешанный полк на Камчатку в гарнизон Елизово на должность зам.командира полка. Когда Александр Лепаловский оставался за командира полка, тот был в отпуске, при нём произошла катастрофа ТУ-16 капитана Ефремова. Командир на снижении ошибочно выключил оба двигателя, стянув поочерёдно РУДы (рычаги управления двигателями) за защёлку полётного малого газа. Обнаружили это не сразу, только после вопроса штурмана корейца майора Ле:

"А почему у нас в самолёте так тихо?" Аккумуляторы разрядились, двигатели запустить не удалось. Командир принял решение садиться на вынужденную на шугу в море. До берега 150 км, посадку произвели нормально, самолёт какое-то время был на плаву. Но "корма" (командир огневых установок и стрелок-радист) не подавали никаких признаков жизни, когда туда подплыл правый лётчик. Кабина вся была забита льдом. Видно, ребята рано открыли, до приводнения, аварийную боковую форточку, и на огромной скорости битый лёд их просто раздавил. Ребята ушли на дно вместе с самолётом.

Правый лётчик, второй штурман, потом штурман через 5, 8, 12 часов замёрзли от переохлаждения, температура воздуха была -26 градусов, воды +2 градуса.. На Камчатке в тот год это была самая холодная ночь. Сам Ефремов привязал их тела к своей лодке и продержался на плаву 17 часов пока его случайно не обнаружила всплывшая подводная лодка. К огромному сожалению, Ефремова тоже судьба не пощадила, через 1, 5 года его насмерть сбила машина.

Александр Лепаловский руководил поисково-спасательными работами, хотел поднять в воздух все вертолёты полка в дополнение к самолётам БЕ-12, АН-12, которые искали пропавший самолёт. Экипажи вертолётов КА-27пс, МИ-14 и КА-25 уже сидели в кабинах, ожидая команды на запуск двигателей, но Командующий авиацией ТОФ Лепаловскому это запретил, опасаясь, что вертолёты в сумерках посталкиваются в воздухе. В итоге, поскольку экипаж погиб, Сашу сделали "крайним", отстранили от лётной работы и отправили служить в 33 Центр Морской авиации в город Николаев на хотя и полковничью, но наземную должность.

Как видим, далеко не простоя судьба сложилась у Александра Лепаловского, но Александр Бухтояров тем не менее назвал его "везучим" лётчиком. Я спросил: "Почему?". В ответ Саша Бухтояров рассказал эпизод: когда они вместе с Лепаловским учились на курсах командиров кораблей в Николаевке на ТОФе, на ночных полётах при заруливании самолёта ТУ-16 на стоянку после завершения полёта, где командиром корабля был капитан Бухтояров, техник недосмотрел и завёл их так, что правой законцовкой крыла самолёт зацепил машину АПА.

Доклад сразу ушёл "наверх", и там не разбираясь, сняли Бухтоярова с должности. Через какое-то время аналогичная история происходит с Лепаловским. Но руководство полка уже "наверх" докладывать побоялось, два случая - это уже "система, " и спустило всё "тихой сапой". В итоге, Александр Лепаловский дослужился до должности командира полка, и он всю лётную жизнь за исключением первых двух лет после училища пролетал в левом кресле командира, стал полковником, а Александру Бухтоярову, чтобы получить майора пришлось уйти в замполиты и летать в правом кресле второго пилота. Звание подполковник он получил уже на наземной должности.

Если смотреть на происшедшие события с этой точки зрения, то "Да", - я согласен с Бухтояровым - Алексаксандр Лепаловский - "везучий" лётчик... И сделать такой вывод может только человек, влюблённый в небо. Кстати, Саша на полном серьёзе, только в 26 лет понял, что не все хотят быть лётчиками. До этого он думал, тот не прошёл по здоровью, поэтому не стал лётчиком, того списали по нелётной. У третьего ещё по каким-то причинам не получилось...

А ещё, почему Лепаловского можно назвать "везучим" лётчиком - был в его курсантской жизни эпизод, когда он на Л-29 вознамерился сделать "косую" петлю, которую ему никто не показывал, как её делать. В итоге, в верхней точке Саша потерял скорость, самолёт "завис" непонятно в каком положении и с высоты 4500 метров падал очень "долго". Лишь на высоте 600 метров Лепаловскому удалось перевести "Элку" в нормальный горизонтальный полёт. Причём, когда падение началось, у него успела мелькнуть мысль: "Катапультируюсь, останусь жив, но снимут с лётной работы. Останусь в самолёте - убьюсь! Что выбрать?" Когда удалось всё-таки вывести "Элку" в нормальное положение, Саша всё время, пока не истекло время полётного задания, простоял в вираже "блинчиком" с креном 10-15 градусов, успокаивая нервы. А рассказал об этом случае через многие годы спустя, как он произошёл.

Жизнь показывает, что одни и те же события можно оценить по разному, главное - выбрать правильный критерий. Вспоминаю пример, который нам приводили в Военно-Морской академии. С началом второй мировой войны союзники на всех торговых судах установили зенитные пушки и пулемёты, но матросов стрелять из них научить не успели. В итоге, через год войны какая-то "умная" голова в верхних штабах посчитала количество самолётов, которые сбили не обученные матросы и сказав: "Это крайне мало, зенитная артиллерия, мол, используется не эффективно". И приказала: "Все пушки с кораблей и судов снять и отправить на фронт. Там обученные солдаты собьют самолётов больше". В результате этого безграмотного решения резко возросло количество потопленных кораблей, почему?

Немецкий лётчик, который пикирует на торговое судно видит, что по нему стреляют. Он не знает, что стреляют не обученные матросы. Он начинает делать противозенитный маневр, у него трясутся поджилки, и бомбы летят мимо цели в результате такого прицеливания. А когда через год стрельба прекратилась, лётчик заходит на цель без всякого маневрирования, спокойно прицеливается и сбрасывает бомбы как на полигоне, без всяких помех со стороны цели. Т.е. взяли критерий "Число сбитых самолётов", а надо было взять "Число не потопленных кораблей". Тогда одно и то же решение оценили бы кардинально по-другому.

Но вернёмся к вопросу о "везении".

Наверняка, каждый лётчик, да что там лётчик, каждый из нас приведёт "массу"примеров, когда ему везло в жизни, или наоборот - не очень, и всё это можно спихивать "на судьбу", "карму" и прочие вещи, которые невозможно пощупать "голыми руками". Приглашаю читателей вместе поразмышлять над термином "везение в жизни".

Но начать этот разговор предлагаю издалека, с самого детства, поскольку всё "везение" закладывается именно там, хотя можно сказать и раньше, но это уже от нас не зависит. В этом году, встречаясь с Украинским путешественником Голтисом, я услышал от него интересную фразу: "Старость нужна человеку, чтобы спокойно подытожить пройденный путь". Что-то в этих словах есть, но я думаю, каждый из нас периодически оглядывается назад, чтобы понять, что ему удалось, а что не удалось в жизни. Тем более, для одних дни и месяцы тянутся как годы, а для других время летит очень быстро... но, чтобы это понять не обязательно ждать наступления старости. Другое дело, в старости ты не можешь уже ничего изменить, остаётся только примериться с итогом, к которому пришёл в конце своего земного пути.

Совсем недавно я вернулся с дня рождения Виталия Сундакова, каждая встреча с которым надолго остаётся в памяти и заставляет мозг думать, размышлять, помнить, что довелось увидеть, услышать или почувствовать... Виталий - человек огромного интеллекта, удивительной хоризмы и обаяния. Хочется, чтобы и вы его узнали. Вот только отрывок из его книги "Инструкция по эксплуатации судьбы Бумажный посох", который мне кажется уместным привести применительно к теме нашего разговора:

"Одинокий горизонт, - символ зримой бесконечности вечно прятать за спиной, - верх отчаянной беспечности.
Верх отчаянной беспечности - ждать прихода сытой мудрости, взяв кредит у глупой вечности на покупку вечной глупости".

Когда я сложил в слова все странночувствия, приходящие со всех сторон круглого горизонта, я и решил вновь отправиться в Путь. Может на этот раз мне всё же удастся перешагнуть эту зримую границу между землёй и небом.

"Я вчера или сегодня, через миг или века, не явлюсь, и не убуду, ни оттуда, ни туда". Написав это вишнёвым вареньем на свежевыбеленной печке, я вышел из дома, прикрыл за собой калитку и ... случайно открыл планету.

Это произошло так, как в детстве разворачивают большую конфету, а в старости открывают шкатулку с пожелтевшими бумагами.

Величественно покачиваясь, одиноким кораблём чёрно-белая планета плыла сквозь рифы колючих звёзд по перламутру цветного космоса. Её одиночество нарушали лишь весёлые кометы, мчащиеся известно куда с тайными поручениями. Обгоняя странствующую планету, они игриво протыкали облака-пену на гребнях тугих волн, порождаемых её шествием.

Я прикоснулся к планете. Она была мягкая, тёплая и пахла тайной. Я измерил её шагами. Для этого понадобилось совсем немного времени - лишь одна жизнь. Я обнаружил, что она обитаема. Какие разные, но так похожие друг на друга свободные существа, оказалось, живут на воле пушистых сугробов её неба, в глубоких лужах-океанах, в цветущих кронах её душистых трав! И главное, я обязательно должен рассказать тебе про других странных существ, непохожих друг на друга как капли воды. Это - люди: обитатели деревянных гнёзд, бетонных нор и стеклянных муравейников, поделившие планету на сотни странно неравных территорий, которые они называют "странами". Каждая пядь странной планеты принадлежит какой-т стране. Каждая страна гордится своими странностями. Поэтому я назвал планету Странной.

Несколько случайных жизней я выбирал: кем или чем я хотел бы быть или не быть на Странной планете. Решив, ни за что не быть кем-то, и, уж тем более, чем-то, я решил остаться Странником.
- Странник? - вскидывали брови говорящие жители планеты, удивлясь, какое странное занятие для обитателя Странной планеты я себе придумал...

***

Как видите, у Виталия есть выражение: "всего одна жизнь", - т.е. он не считает это большим промежутком времени. В то же время, если Вы посмотрите в Интернете фильм о Виталии Сундакове "Переступить горизонт" убедитесь, что он столько успел сделать всего за одну свою жизнь, что его дел и свершений хватило бы на несколько жизней... И много раз, очень много раз ему везло... особенно, когда он с друзьями заблудился в пустыне. Один его друг тогда погиб, второй на всю жизнь остался инвалидом, Виталия нашли пограничники, он выжил, а спустя 10 лет стал экспертом по пустыням...

Я вспоминаю своё детство и юность. Мне несколько раз везло "по-крупному". И это "везение" фактически определило судьбу. Мама меня родила, пережив блокаду в г. Ленинграде. Ей сказали: "Ребёнок очень слаб, скорее всего не выживет, нам главное - спасти Вашу жизнь". Но я вопреки предсказаниям врачей выжил, в то же время рос очень слабым. Любая девочка в первом классе могла подойти, дать мне щелбан, и я только хныкал, не решаясь дать сдачи.

Во втором классе мы переехали с Украины в Москву, и мама отдала меня в спортивную школу на Ленинских, сейчас Воробьёвых, горах в секцию "Прыжки на лыжах с трамплина". А чтобы мне не было скучно, уговорила ездить со мной туда ещё трёх ребят с нашего двора. Мама никогда не занималась спортом, но она чётко понимала, пацана надо занять, чтобы у него не было свободного времени, что б не шатался без дела на улице, где всегда есть шанс пойти по наклонной дорожке большого города. Кстати, обратите внимание, 4 года, со второго класса по пятый я ездил на тренировки через всю Москву на трёх видах транспорта, туда и обратно: автобус, метро, троллейбус, и мама не переживала, что я заблужусь или со мной что-нибудь случиться.

Пока были лето и осень мы занимались с большим интересом, в основном, общефизической подготовкой и прыгали со всех обрывов, на какие хватало "фантазии" у нашего тренера Михаила Дмитриевича Капустина.

Но когда пришла зима, нас поставили на лыжи и стали приучать преодолевать страх, помимо освоения необходимой горнолыжной техники. И все три пацана, ходившие со мной на тренировки, как-то сразу "сникли" и перестали их посещать. Хотел бросить тренировки и я, но Михаил Дмитриевич отозвал меня после моей "последней", как я думал, тренировки, попить чай. И за чаепитием рассказал о своих страхах, как он тоже хотел бросить тренировки, но выдержал, стал Мастером Спорта СССР, потом стал тренером, рассказал о своих учениках... А в конце разговора сказал: "Вася, не преодолеешь страх сейчас, потом будешь жалеть об этом всю жизнь, т.к. всегда будешь пасовать перед жизненными трудностями. Преодолей себя. Я тебе помогу стать мужчиной". И он сдержал своё слово.

Прыжки на лыжах с трамплина - сложный вид спорта. Я такого страха по-началу не испытывал, даже прыгая с парашютом. Тут всё сложнее. Если в парашютном спорте, когда начинаешь прыгать, достаточно преодолеть страх, сделать шаг, а дальше за тебя всё делает автомат. И основной парашют раскроет, и запасной, если растеряешься. А здесь пока несёшься по горе разгона страх нарастает, самый максимум в момент ухода со стола трамплина в полёт. Но ты не имеешь права растеряться, т.к. иначе неизбежно падение, а это как правило травмы. Лыжи тогда не отстёгивались. Именно так у меня произошло на третьем году. Я грохнулся так, что потерял сознание, правая нога 1, 5 года до конца не сгибалась, и до 10 - го класса я не мог поднять два ведра с водой, так спина болела.

И тренер опять вселил в меня уверенность, что я справлюсь, выдержу, и я снова приступил к тренировкам. А когда через год мы уезжали из Москвы, батя закончил учёбу в академии, Михаил Дмитриевич для меня, 12-илетнего пацана составил врукописную годовой план тренировок. Все 144 тренировки расписал в общей тетради. Как он сказал, пока найдёшь новую спортивную секцию, чтобы занимался сам. Так он любил нас детей, и всегда во всём был образцом для подражания. Фактически, именно он воспитал во мне характер Мужчины и навсегда привил любовь к спорту.

Где бы мы потом не жили, я всегда находил какой-нибудь вид спорта для занятий. Что ещё дала мне московская спортивная школа? Каждое лето на 2 месяца нас забирали в спортивный лагерь, где учили очень многим видам спорта, совершенно на первый взгляд не связанными с прыжками с трамплина, и по всем дисциплинам тренеры были Мастерами Спорта. В итоге, у меня дома более 50 грамот по 22 видам спортивных дисциплин (баскетбол, волейбол, футбол, гандбол, хоккей, настольный теннис, гимнастика, стрельба, лыжные гонки, горные лыжи, карате, плавание, бокс, большинство видов лёгкой атлетики, включая прыжки с шестом, которые я освоил сам без тренера.

Большинство грамот и дипломов заработано в школьные годы, когда мы с отцом жили в Эстонии. Соревнования в школе проходили чуть ли не каждый месяц, и победителям вручали дипломы. Я встревал во все виды спорта, такой богатый арсенал двигательных навыков заложила в меня Московская спортивная школа. Сейчас так не тренируют, во всём узкая специализация, тренеры гонятся за результатом, а ведь главное, помимо достижений в спорте вырастить гармоничную личность. Но об этом в нашем меркантильном мире почему-то забыли..

Для примера, чтобы не подумали, что хвастаюсь, я просто констатирую факты. Меня, единственного русского, взяли в эстонскую сборную школы по волейболу . (Школ было две рядом, русская и эстонская, но считалась, как одна). А ведь я никогда специально волейболом не занимался. В Эстонии в те времена был просто "бум спорта". Достаточно сказать, например, что в гарнизоне Кейла у каждого пацана в огороде была своя яма для прыжков в длину, или высоту, или с шестом, или тройного прыжка, и мы устраивали соревнования между собой по поводу и без повода, а если начинали играть в футбол, то это продолжалось с утра, и пока наши мамы "пинками" не загоняли нас на обед или ужин... Продолжаю примеры дальше: свои крайние грамоты я заработал в 32 года по боксу в чине майора, "вырубив" первое место на первенстве авиации Балтийского флота, и по карате в 35 лет в чине подполковника на открытом первенстве областного совета "Динамо", где принимали участие сильнейшие каратисты г. Ленинграда. Там, кстати, ещё и медаль дали.

На боксе, пожалуй, остановлюсь особо, там есть чистый элемент везения. С самого детства я мечтал помимо того, чтобы летать, стать Мастером Спорта СССР, неважно по какому виду спорта. Судьбе было угодно выбрать бокс. В 21 год, за 7 лет занятий боксом, я уже провёл 57 боёв на ринге, в 49 добился победы, заработал 13 дипломов и грамот, дошёл до Кандидата в Мастера и, казалось до осуществления мечты рукой подать, но Медицина запретила бокс лётному составу. Пришлось с этим официально завязать, но я никогда не прекращал тренироваться, так сказать - для здоровья.

Спустя 11 лет, когда уже был на должности командира эскадрильи, объявили, что очередное Первенство авиации Балтийского флота по боксу состоится в нашем родном гарнизоне Быхов на базе 57 мрад. Меня попросили подготовить сборную команду двух полков к этим соревнованиям, до которых оставалось ещё три месяца. Я это выполнил. Начальник физподготовки дивизии "узрел, " что уровень команды стал высоким, есть шанс занять первое место в обще командном зачёте. А это значит повышение по службе. В итоге, он упросил командира дивизии генерала Пироженко Ивана Семёновича разрешить мне выступить на соревнованиях, и чтобы врачи при этом ничего не имели против. Генерал разрешил. И самое главное - он убедил меня, чтобы я снова вышел на ринг, иначе команда расценит это как "трусость" их тренера, опять же это будет "не патриотично" по отношении к своей родной дивизии.

Соревнования по планировались проходить в три дня: четверг, пятница, суббота и в воскресенье разлёт по домам. В то же время в четверг в полку - по плану предварительная подготовка к полётам, с которой меня освободили, засчитав, что я подготовлюсь к полётам самостоятельно, комдив же разрешил. Но в пятницу я должен был летать и руководить своей эскадрильей. Полёты были ночные, и считалось, что проведя очередной бой, если выйду в очередной круг соревнований, я успею соблюсти пре