Полная
версия
Войти
ОбщийАвторскиеСослуживцыВ прессе
Форум Abdurahman

Рубрика: Об авиации

Рассказы о полетах

 ↓ ВНИЗ

Abdurahman форум
Старожил форума
06.01.2012 18:29
В общем, не летаю давно, время на праздниках было, решил продолжить повествование о летном обучении. Прошу строго не судить, писал так, чтоб было понятно прежде всего обывателям. Просьба негатив не лить, рассказывал так, как было на самом деле. Не писатель, не журналист, писал для себя и друзей. Сюда же было бы неплохо размещать и ваше творчество.
Найти меня можно в ЖЖ lipflyer.livejournal.com, а так же в Твиттере @IgorSulim.
Итак, давайте начнем.:)

Летное обучение, часть вторая.

Три года, проведенные в Краснодаре, остаются за спиной, сохраняя воспоминания и неопределенные чувства, которые не дают понять, рад ты этому или нет. Конечно же, немного лукавит автор, грустил он не о расставании с основным факультетом Краснодарского авиационного училища летчиков имени А. К. Серова, а о расставании с друзьями, товарищами и, конечно же, уже дорогими сердцу подругами. Автобус же увозил курсантов в новый мир, в страну под названием "Авиация". Улыбки, радость, уже как никогда близкая цель, до которой остается каких-то пара месяцев, и ожидание приезда в город Тихорецк, в котором базируется 627 гвардейский Тернопольский учебный авиационный полк, все это видит старший группы, еще незнакомый летчик-инструктор, молчаливо сидящий около двери.
А еще тремя часами ранее, опьяненные радостью, в окружении отцов и матерей, друзей и подруг, братьев и сестер, мы сталкиваемся с омерзением и подлостью, которая стала уже так привычна с момента принятия присяги. С молчаливого согласия офицеров в больших погонах руками патруля и голосом заместителя начальника штаба праздничная атмосфера превращается в разрозненное, облитое грязью нецензурных слов мероприятие. Фотоаппараты уже не сверкают фотовспышками, и слезы счастья матерей и подруг пропадают с их радостных лиц. "Это подрыв боевой готовности, патруль, выведите это стадо, откуда оно взялось?", - разбрасываясь слюнями кричит полковник Панцев, вгоняя в ступор совершенно всех, стоящих перед автобусами. Непонимание и злость накапливается в сердцах отцов и курсантов, и только лишь терпение их верных спутниц и подруг удерживает от открытого конфликта с командованием Краснодарского училища летчиков. В жизни так часто бывает, что создают многие, а портит один, обремененный жизненной обидой на всех и каждого, опьяненный властью лежащих на его плечах погон. Заходим в автобус, уже осознающие, что находимся на границе того, что было и того, что будет, и не в силах ничего сделать наблюдаем, как ранее счастливые родные люди наполняются чувством обиды и разочарования...Последние улыбки, крайние прощания и автобус трогается, оставляя в прошлом и плохое, и хорошее.
Подъезжая к городу Тихорецку, мы видим пролетающие над нашими головами учебные самолеты Л-39. Курсанты сначала перебегают на одну сторону автобуса, потом на другую, вгоняя водителя в замешательство, но заставить нас сидеть никто не пытается, в голове у всех одна мысль: "Вот она, мечта". До Тихорецка остается десять километров, пять, заветная белая табличка, и конечно же, памятник. Его не могло не быть, все уже про него наслышаны, это то первое, с чем ты сталкиваешься, прибывая в прославленный инструкторский полк после по сути общевойсковых трех лет первого авиационного факультета.
Ворота контрольно-пропускного пункта открываются, автобус проезжает внутрь и останавливается, конечно же, совсем рядом со столовой. Построение, первые указания и курсанты, уже в развалочку, направляются на дегустацию местных вкусностей, о которых думали голодными краснодарскими ночами. "Армия есть армия, перемещения должны быть только строем", - предупредительно, но совсем без злости говорит тот самый летчик-инструктор, который сопровождал нас в автобусе. "Так точно", - отвечают все в один голос, и начинают идти обратно, но останавливаются, услышав голос офицера, в котором определенно есть нотка иронии. "Здесь авиация, мужики, забудьте про Краснодар", - такие желанные и долгожданные слова слышат все. Строимся, идем в столовую, и с удивлением обнаруживаем, что шоколада хоть и нет, но все приготовлено очень вкусно, с лиц поваров и официанток не сходят улыбки, и в воздухе витает праздничная обстановка. Наверное, это для всех праздник, когда перед глазами сидит не один десяток молодых парней с горящими от счастья глазами, а тем более для тех, кто всю жизнь отдал авиации, и без разницы как именно, выполняя фигуры сложного пилотажа, или готовя на кухне блюда, которые не в каждом ресторане удастся попробовать. Все культурно, как дома, взаимное уважение и улыбки, посуду относим сами, привычное "Сесть, встать, прием пищу закончен" сменяется простым человеческим словом "Спасибо". Выходим из столовой, пятиминутный перекур рядом с казармой, которая нас приютит в ближайшие четыре месяца и, конечно же, восторженные разговоры о кулинарном мастерстве тихорецких поваров.
Эмоции положительные, нет никакого чувства дискомфорта, все вместе идем забирать сумки, в несколько ходок относим их в казарму, и, что довольно логично, тратим часа три времени на ее уборку. "А инструктора когда придут?", - спрашиваем старшего. "Полеты сегодня, завтра увидитесь", - отвечает он, и на наших лицах появляется легкий оттенок грусти. Ведь так хотелось увидеть того, кто будет учить тебя летать, взращивать крылья за твоей спиной, награждая этим даром под названием "Полет". Вводные инструктажи, росписи по мерам безопасности, заправка кроватей и первое разочарование. Спать надо по звеньям. Немного настораживает, ведь привык за три года к одному соседу, а тут появляется другой, совершенно новый, ждать от него можно многого. В кулуарных беседах курсанты шутят: "Спиной к нему ночью не поворачивайся", что, конечно же, вызывает громкий смех в пока еще не обжитой казарме. Дабы нас поддержать, замполит устраивает небольшую экскурсию по территории части и посещение музея полка. Не сказал бы, что это было интересно, всех более всего озадачивал вопрос где находится "Север". "Север" же находился там, где продавались сигареты, вода, мороженое, и, конечно же, чего лукавить, пиво, то есть в ларьке.
"А ракеты боевые?", - спрашивает кто-то, вызывая смех у всего курсантского коллектива. "Ядерные", - поддерживает замполит, еще больше раззадоривая нас, и начинается то, что обычно следует за неудачным вопросом и шуткой, мальчишеские потемки курсантской души вырываются наружу, принося с собой бесконечные вариации ответов, кривлянье над горе-юмористом, лицо которого явно принимает черты обиженного и расстроенного юноши. Злобы не было, никогда, с того момента, как наши ноги вступили на тихорецкую землю. Страна "Авиация" живет коллективом, живет моралью и дружбой, в бою нет никого, кто сможет тебе помочь, кроме верного товарища и друга, на которого можно положиться всегда. В этом замечательном мире нет иерархии, есть равенство, и уважение, подобное отношению сына к отцу, который умудрен жизненным опытом...Как жаль, что сейчас это превратилось в утопию, над которой смеются те, кому никогда не была известна мечта под именем "Полет".
День приближается к концу, над цветущей природой Кубани разгорается огненно-красный закат, вечерняя проверка, проведенная в спокойной обстановке, и крайние на сегодня разговоры, слышные из всех курсантских комнат. Щелчок выключателя, свет тухнет и привычная, уже ставшая родной солдатская койка прогибается под массой моего исхудавшего тела. Приходит товарищ, садится на кровать, и из его уст я слышу то, о чем только что говорил сам с собой, перебирая разрозненные мысли: "Ну что, Игорь, наконец-то, да? Вытерпели..." "Смогли, Саня, смогли...не хочу обратно, и никогда туда не вернусь", - отвечаю я, и задумываюсь, а потом добавляю: "Хавчик сдесь прикольный, да?" В комнате среди ночного мрака и тишины раздается смех, который никто не скрывает, потому что ругать за него уже не будут. На том и заканчивается первый день и, засыпая, я представляю себе то, каким он будет, мой инструктор, но все больше уходя в мир Морфея я перестаю рисовать образы, и доверяю судьбе, которая познакомит меня завтра с этим, безусловно, замечательным человеком.
Утро. Никогда я так его не ждал, никогда не вставал так быстро и не рвался на построение, как в этот день. Шесть часов, семь, восемь, идем на плац, вижу их, летчиков...Летчиков можно узнать с первого взгляда, в них есть что-то божественное, что-то, роднящее их с птицами, такими же свободными, как парители высокого полета. "Но кто он?", - спрашиваю себя я. Ничто не дает лучший ответ, как время, и на построении я слышу заветную фамилию Ширяев. Уверенно, в развалочку выходит из строя офицер с погонами старшего лейтенанта, и мы гуськом плетемся за ним на другую сторону плаца. "Свершилось", - думаю я, и пытаюсь сразу заглянуть в глаза этому человеку, ведь это как ни что характеризует душу. "Добрый", - делаю заключение, и все сомнения остаются где-то в потемках моего сознания. Построение, как и все в жизни, подходит к концу, и официальность немного отступает на второй план. Знакомимся, в экипаже нас трое, инструктор один, сразу понимаю, что будет здоровый интерес, соревнование за то, кто первый, кто лучше. Это нормально, как в детстве мальчишки бросают камни в гусей, споря кто попадет точнее, так и мы спорили, кто будет сильнее в знаниях, в практике.
Учеба началась в тот же день, по-авиационному она называлась "Наземная подготовка". длилась примерно две недели, занимались с утра до ночи. Хотелось быть первым, всегда, поэтому десятки страниц печатного текста переносились в тетрадь дословно, очень аккуратно, на что требовались бессонные ночи. Конечно же, за это ругали инструктора и командиры, наблюдая как среди лекции молодой курсант борется со сном, а не вдумывается в материал, как лавина сваливающийся на головы вдумчивых будущих летчиков. Было стыдно, но я учил, ночами, и, как результат, зачеты сдал с первой попытки с отличными оценками, что открыло мне дорогу к первому полету.
Курсанты не начинают летать сразу, первое, с чем они сталкиваются, это "газовка", что по сути является запуском, опробованием и выключением двигателя. "Какой полет, какое руление, какие приборы", - думаю я, сидя в кабине и слыша, как сначала турбостартер, а потом и двигатель набирает обороты "малого газа". Смотрю за кабину, вижу товарищей, ждущих своей очереди и забываю обо всем: о параметрах, об управлении, о докладах инструктору, который терпеливо напоминает о каждом действии, грядущим за тем, что выполняется сейчас. Малый газ, крейсерский, номинал, максимал, дросселирование и приемистость..."Уф.....", - думаю я, и немного успокаиваюсь, понимая, что все находится под контролем и ничего страшного не происходит. Ручку управления двигателем ставлю на "Стоп" и гул двигателя потихоньку стихает, усыпляя гордую машину, скучающую по небу...
"Газовка закончилась, а через несколько дней, он, первый полет", - думаю я, вылезая из кабины, совершенно серьезный и настроенный на победу....
Татьяна Залесская форум
Старожил форума
08.01.2012 13:36
У нас есть веточка о полетах.
http://www.forumavia.ru/a.php? ...
Алексей Анатольевич
Старожил форума
08.01.2012 23:26
http://proza.ru/2009/07/29/914 Поправкин А. А.
http://proza.ru/avtor/vibmailru Буняк В.
http://proza.ru/avtor/vasershov Ершов В.В
http://proza.ru/avtor/vikto49almaty Казахский
http://proza.ru/avtor/navspb В. Теняев
http://proza.ru/avtor/mvbez Безмв
http://www.gramotey.com/?open_ ... Пьер Шеналь
http://www.quoting.ru/quotes/b ... Р. Бах
http://proza.ru/avtor/65alekseys Все рассказы Поправкина
http://www.hranitels.ru/forum/ ... Записки лётчика-тракториста
http://tululu.ru/a9489/ В. Кунин ( пилот первого класса, Хроника пикируещего бомбардировщика)

Может ещё вспомню, напишу

Алексей Анатольевич
Старожил форума
09.01.2012 11:35
Антуан Де Сент Экзюпери как и Анатолий Маркович Маркуша известен всем.
Кстати, я немного, только в части названий самолётов и технических деталей, редактировал перевод с французского о гибели Экзюпери. Сегодня позвоню и узнаю уже продаётся ли та книга.
violator
Старожил форума
09.01.2012 13:36
Мне понравилось.С удовольствием прочту продолжение.Автору-вдохновения)))
Abdurahman форум
Старожил форума
09.01.2012 19:20
Совсем не хватает воздуха, кислорода еще нет, а маска не дает вздохнуть полной грудью. Руки трясутся от волнения, страх неизведанности смешивается с радостью познания, и мысли теряются в своем разнообразии, унося прочь из кабины. Рули управления, конечно же, чужды, и, ощущая себя ребенком, прикосновение к ним равно первому шагу в материнских объятьях, вот только мама где-то далеко, а рядом, сзади, опытный инструктор, который уже хорошо тебя знает и по-настоящему близок, как родственник. "Готов?, - слышишь от него..."Готов", - неуверенно отвечаешь, но осознаешь, что суть происходящего хоть и ясна, но так загадочна, что стремление в воздух смешивает чувства неизведанности, страха и мальчишеского интереса. В кабине, конечно тесно, неестественно и очень не комфортно, но ты понимаешь, что привыкнешь, что все станет родным и близким, надо просто привыкнуть. Мгновение и мысли уносятся куда-то далеко, ты слышишь как двигатель набирает обороты, и замираешь, чувствуя как самолет начинает разбег....

Первый полет, он как первый взгляд ребенка на новый мир. Все, что ты видел раньше, все обыденное и скучное, приобретает новые формы, взгляд бегает по земле в надежде увидеть что-то знакомое, но эмоции переполняют, и хочется охватить совершенно все: и красоту облаков, и и расписанную всей палитрой цветов природу Кубани, которая плывет под тобой, и, конечно же, небо, бездонно голубое и такое близкое. Самолетом управляет инструктор, и причин сомневаться в его мастерстве нет, он знает куда лететь, как и что надо делать, он лишь задает вопрос: "Ну как?" "Офигеть.........", - отвечаешь ты, подкрепляя свои эмоции непереводимым набором не совсем литературных слов. Конечно же, красота небес и чарующее чувство полета не дают сдерживать себя от того лексикона, который впитывал в себя на протяжении трех лет военного училища. О чем думаешь, о ком, никто не знает, в основном летчики помнят эмоции, а они остаются на всю жизнь, вовлекая в историю под названием "летная работа". Одна тысяча метров, две, слышишь как инструктор докладывает о занятии пилотажной зоны и ждешь того, что часто видел с земли, о чем мечтал с детства. Самолет кренится и с каждым градусом на картине, нарисованной Богом, ты видишь все больше...деревни, реки, уже ничтожно маленькие машины, ползущие по нитям бетонных дорог...

Один вираж, второй, третий...и появляется чувство дискомфорта, когда мир сваливается на плечи, и воздух становится несказанно тяжелым, это и есть перегрузка. Потом ты к ней привыкнешь, научишься бороться, и, подзадоренный разговорами в "курилке", будешь, как говорят летчики, "тягать" ее все больше. Вздохнул, посмотрел на приборы, на акселерометре 2 единицы...Думаешь: "О каких пяти, семи, десяти можно вести речь, и как они летают, эти Русские Витязи", но мысли прерывает переворачивающийся с ног на голову мир, и уже не верится, что все это реальность. Реальность, как понимаешь потом, оказывается настолько близко, что ты смеешься над тем босоногим мальчишкой, который мечтал о других мирах, космических путешествиях, и эту реальность летчики называют "бочка". "Офигеть", - слово, уже произносимое, повторяется снова и снова, ты забываешь о взлете, о картинах, увиденных ранее, и повторяешь "Офигеть". Инструктор смеется, для него это обыденная работа, но каждый полет всегда отличается чем-то от предыдущих, и курсанты тоже все по-своему индивидуальны, кто-то более эмоционален, кто-то менее. А я...я не был собой, и не чувствовал себя как такового, я был между небом и землей, рядом со своими детскими фантазиями, между прошлым и будущим, вне настоящего, и время, так долго тянувшееся ранее, остановилось, принимая новое обличие, имя которому - "полет". Вторая бочка, мир снова переворачивается, но уже не так неожиданно. Обороты двигателя растут, самолет начинает набирать высоту, а ты вспоминаешь задание, и понимаешь, что сейчас будет нечто, то, что ныне делают многие, но когда-то, поборов страх и предрассудки, сделал один. "Петля....сейчас будет петля Нестерова", - думаешь ты...Задир, фиксация, переворот, и земля несется на тебя, одновременно пугая, и вгоняя в эйфорию: "Неужели это происходит со мной!" И
перегрузка напоминает о себе, она прогоняет напрочь удовольствие и и стирает с губ улыбку. Инструктор молчит, небо появляется сверху и на мгновение становится легче, но, горизонт, пронесшийся под капот самолета, приносит с собой темные краски, все меньше солнечного света, все тусклее яркие картины природы...5 единиц..."Тяжело", - думаешь ты, и радостные мысли сменяются грустью и страхом: "А смогу ли я так же". Петля, полупетля, снова переворот, опять петля, полупетля...Молчишь...стыдно, тоскливо и неожиданно..."Игорь, нормально все, не тошнит?", - задает вопрос инструктор. "Нет", - отвечаешь ты, а сам думаешь о том, что совсем не к месту такие мелочи, когда на кону уверенность в себе и желание летать...А петля пугает, пугает своей динамикой, перегрузкой и непониманием того, как это сделать...самому.

"Бери управление", - говорит инструктор, конечно же, не отпуская ручку управления самолетом. "Взял", - отвечаешь ты, нетерпеливо хватаясь за нее, и сразу же пытаясь подчинить самолет себе. Пытаешься потянуть влево - нет результата, вправо - тоже, на себя - аналогично..."Лукавит инструктор", - думаешь ты, но, поубавив пыл, делаешь движения более плавные, и вот уже, словно подружившись с тобой, самолет начинает слушаться. "Дергать не надо, балбес", - раздается в шлемофоне голос инструктора, и хоть ты его только слышишь, но понимаешь, что он сейчас искренне улыбается, наблюдая за тем, что ты делаешь. Приборы, стрелки, цифры, это все еще так далеко от понимания, и необыкновенно легкое управление виртуальными самолетами, уже изученными за компьютером, не имеет ничего общего с управлением самолетом реальным.

"Шасси выпускай", - слышно в шлемофоне. "Зачем?", - отвечаешь ты. "Балбес, выпускай шасси, говорю", - немного раздраженно говорит инструктор, и ты вспоминаешь, что это предусмотрено заданием. Так часто бывает, либо сделаешь что-то лишнее, либо наоборот - забудешь. Я в первом полете как-раз забыл, но мне можно было, всем можно, полет ведь ознакомительный, да и понимают инструктора, что это за чувство, когда впервые ты обретаешь мечту о небе. Шасси выпущены, убраны, и управление самолетом потеряно. Не потому, что страшно, не потому, что надоело, а потому что надо лететь домой, задание закончено, время снова начинает свой ход, и уже инструктор вновь управляет самолетом. В голове витает ощущение нереальности происходящего, легкой обиды на то, что скоро посадка, а небо уже успело очаровать своей красотой, и земля уже так чужда твоим ногам, абсолютно не нужным в воздухе. Ожидание и спокойствие сменяется напряженностью, когда аэродром становится все ближе, самолет под управлением опытного инструктора заходит на посадку, возвращаясь в непривычное для него состояние. Хочется увидеть, понять все, сразу узнать как это делается, но высота все меньше, а земля все ближе, и скорость, которую ты не ощущал ранее, становится катастрофически большой. Вновь появляется мысль: "Смогу ли я?", но пока ты ищешь ответ, самолет уже катится по бетонке, и ты понимаешь, что единственное, чего снова будешь ждать, о чем будешь думать ночами, это полет.....
← Форум Abdurahman
Чтобы публиковать комментарии, вы должны войти на сайт.
ОбщийАвторскиеСослуживцыВ прессе

Реклама на сайте Обратная связь

 

Рейтинг@Mail.ru